Про память

В этом году, когда я дежурил в аудитории на ДВИ по математике в МГУ, удалось просмотреть список присутствующих в аудитории абитуриентов, где, помимо прочего, были указаны годы рождения. С некоторым удивлением (просто я об этом вопросе не задумывался) обнаружил, что поступающие – в основном 1995-1996 года рождения. Но еще больше удивился я, когда задумался над тем, что эти уже вполне себе взрослые люди видели в жизни, на каком фоне формировалось их мировоззрение.

Для некоторого контраста – попробую описать те “общественно-политические” события, свидетелем которых я стал непосредственно. Помню себя я где-то с трех-четырехлетнего возраста (это где-то 1991-1992 год), естественно, это какие-то отрывочные воспоминания, но… Как мне кажется, очень важно то, как эти детские воспоминания потом накладываются на знания о происходивших событиях.

Например, из 1991 года – когда родился [info]vanchez – я помню очереди и полупустые прилавки в магазинах. Я специально не говорю “пустые” – потому что они были забиты сухой смесью для кексов в бело-розовых пакетиках. Осенью того же года – я помню прогулки с бабушкой, она была очень напугана “снайперами на крышах”, которые мерещелись ей во вполне мирном московском районе Раменки. Из 1992 года могу вспомнить то, как собирал колорадского жука на поле в районе станции Кузьминка (это Октябрьская железная дорога, недалеко от Твери) – бывшее колхозное поле “сдавали в аренду” всем желающим “под картошку”, в выращивании которой мы и участвовали всей семьей. Немного отразились в памяти и события лета 1993 года (в записи по ссылке я немного приврал, но не приврешь – красиво не расскажешь).

Вот где-то года с 1995 разнообразные политические события я помню более отчетливо. Помню президентские выборы – точнее, ролики по телевизору, где, скажем, окна высоток на Новом Арбате образовывали надпись “3 июля”, и общее эмоциональное напряжение – например, когда в первом ночном выпуске новостей объявляли предварительные результаты второго тура выборов. Кстати, слова “аортокоронарное шунтирование” я тоже отчетливо помню, как и Ельцина в телевизоре.

Вообще, про “пьяного зомби” могу вспомнить еще один эпизод. Классе в третьем-четвертом в учебнике по русскому языку был отрывок из “Повести о настоящем человеке”. Учительница спросила у класса – кого можно считать “настоящим человеком”? Один мальчик ответил – “Президента,” на что учительница отозвалась как-то наподобие “Вот я так не считаю”. Когда я читаю сейчас про “уникальные” выборы, на которых рейтинг Ельцина раздули из околонулевого до 50%, а затем он так же быстро схлопнулся обратно – то вспоминается этот эпизод. Кстати, мальчик-ельцинист теперь пошел в Свидетели Иеговы, да и вообще казался всегда несколько странным.

Можно написать и про “ножки Буша” (кстати, мне до сих пор нравятся запеченные в духовке куриные ножки, но вот как-то того вкуса из детства не получается – видимо, американских мороженых бройлеров накачивали какой-то совершенно адской дрянью), и про всеобщее внимание к курсу доллара, и про считавшуюся приличной зарплату отца одноклассника в “сто долларов”, и про странный день, когда по всем телеканалам одновременно показывали “Убит Влад Листьев” – но это какие-то отрывочные воспоминания.

Кризис 1998 года для нашей семьи оказался чуть менее заметен – отец работал в иностранной фирме, где зарплату выплачивали натуральными долларами, и трехкратный скачок курса оказался наоборот, “положительным” явлением. Из своего рода курьезов – купленные как раз на “трехкратно скакнувшие” доллары модель корабля King George V в масштабе 1:350 фирмы Tamiya (по тем временам – дорогущая, любители “клеить танчики” пробавлялись тогда “Звездой”) и лицензионная коробка с компьютерной игрой “Dragon Lore II” аж на трех дисках (кстати, я ее так и не прошел).

Закончить воспоминания “о 90-х” я бы хотел на видеообращении Ельцина “Я устал, я ухожу”. Из 2000-х, думаю, стоит вспомнить 11 сентября 2001 и преследования “олигархов”, закончившиеся посадкой Ходорковского. Впрочем, к этому моменту я прочитал “Сломанный меч Империи” Максима Калашникова и успел возненавидеть “жидов и олигархов”. Думаю, можно рассказать и о том, что в 8 классе 20 апреля – день рождения Гитлера – было объявлено “выходным”. Взрослые боялись каких-то “скинхедов”, а одноклассники, наоборот, собирались “куда-нибудь сходить”.

Думаю, что многое из того, что повлияло на формирование моих взглядов, из этой записи стало понятно. Мне кажется, что человек, в 1991 году стоявший в очередях за хлебом, а в 1992 растивший картошку в районе станции Кузьминка, просто не может хоть как-то положительно относиться к “гайдарочубайсам”. И заметьте – я еще минимально “укушен девяностыми“, по выражению dsa! Кто застал это все в более разумном возрасте, думаю, имеют еще меньше оснований любить гайдарочубайсов в частности и либеральные идеи вообще.

А вот поколение 1996 года рождения – оно в принципе не видело ничего сравнимого с началом-серединой 90-х, а прожило всю свою сознательную жизнь в условиях определенной, и можно даже сказать, гарантированной стабильности. Каких-то значимых событий, способных именно повлиять на политические взгляды, они не видели – разве что взрывы домов в Москве в 1999 году, “11 сентября” и посадку Ходорковского в 2003 – но они практически “неощутимы” в обычной жизни, которая и запоминается. В результате чего сформировалось это поколение?

Если честно, то мне довольно страшными представляются мысли о том, что о, допустим, либеральных реформах начала 90-х сейчас говорят, как о чем-то неизбежном и в конечном счете безусловно положительном. Ужасает формулировка “Ельцин/Гайдар спас страну от гражданской войны”. “Антигерои” в моем понимании сейчас в “официальной” историографии представляются наоборот, положительными персонажами, а кое-кто из манипуляторов даже рассказывает, как все было зашибись в 90-х. Догадываетесь, на кого это расчитано? Да ровно на тех, кого я видел поступающими в МГУ. Для них же – и школьный курс “обществознания“, для них же – и вузовская “экономика” с “социологией”. Противоречий либеральных мантр с жизнью они не увидят.

Не хочу, конечно, задавать старперский вопрос – что же из них вырастет? – да и ответ мы увидим совсем скоро. Так что просто приглашаю поделиться своими воспоминаниями – которые вы считаете по каким-то причинам важными для того, чтобы сложились ваши взгляды.

15 комментариев

  1. DI HALT пишет:

    Что помню…

    Совсем отрывочно (2-3г) помню коммуналку с ебанутыми соседями. Скрипучую деревянную лестницу, памятник солдату с каской в руке. Двор с огромными сугробами и детский сад во дворе. Потом отец пробил квартиру и мы переехали в Челябинск. Северовосток, почти жопа мира по розе ветров прям напротив металлургического комбината. Ебашил он тогда будь здоров потому привкус гари и какой то химии по утрам помню до сих пор. Как и ржаво красную воду в Первом озере (есть еще второе, третье и четвертое :) ) после какого-то выброса. Помню садик, игрушки и магазин Уют. Огромный типосупермаркет с пустыми полками. На которых сиротливо стояли жестяные ведра и прочая унылая совковая утварь. Как дико радовались пылесосу который батя собрал сам намутив запчастей по куче знакомых, добыв где то по блату движок. Вообще самое главное слово тех времен – блат. Не уголовный, а доставанческий. По блату добыть машину навоза для огрода или кирпичей. Или трансформатор для телевизора. Телевизора у нас, кстати, не было. Точнее была черно белая ламповая “чайка”, но не работала. А у соседей была цветная “Электроника” единственная в подьезде. И мы к ним ходили смотреть мультики. Это год 87 примерно. А блат у нас кой какой был. Бабушка была продавцом в магазине продуктовом, а отец хорошим музыкантом и часто проводил свадьбы на этом неплохо зарабатывая и обзаводясь очень большим количеством нужных связей. Квартиру он пробил, кстати, через них. А потом, после развода, намутил через них же себе еще парочку, уже в середине 90х когда эта лавочка быстро-быстро закрывалась.

    В 88 или 89 стали появляться цыгане. Они торчали на проходных местах и торговали каким то импортным ширпотребом и жвачкой. До сих пор помню их возле Уют’a бубнящие “дональд-дональд-дональд-…” (это жвачка была, кто не помнит), а другой “рубль-рубль-рубль-…” – ее цена.

    Еще там же был клуб, где работала мама. В нем были спортивные секции, а также кружки. Макраме, туристический, радиоэлектронный, авиамодельный. Все это было в обычной панельной трешке метров на 80. Как оно там помещалось не представляю. Но хорошо помню эту квартиру. Заходишь, там где типо кухня были столы и стояло три больших пузатых телевизора и спектрумы. Там был первый на районе копьютерный клубак :) вечером там был ад и пиздец, народу набивалось человек по 40, там скамейки в три этажа стояли. Большая комната была кружком авиамодельным/радио, а после превратилась в качалку с тренажерами. А комнаты, что по коридору прямо и в обе стороны – макраме и комната непонятного назначения, там стоял стол и какие то ящики. И полный коммунизм. Все вокруг колхозное, все вокруг мое. Мама как то особо не наглела, ну могла складной ножик намутить или что мелкое. А иные свои квартиры превратили просто в склады турснаряги. Списывая оттуда вообще все и выписывая новое.

    Параллельно мама работала в детском саду воспитателем, где я ходил пожрать после школы. А также прошла курсы массажа и подрабатывала массажисткой в заводской поликлинике в соседнем городе (1.5…2ч пути)

    Там же помню родительский развод с руганью и скандалами, а также обмен жилья. Тогда нельзя было вот так просто взять и продать квартиру. Только обмен на равную по метражу. И для того, чтобы получился нужны вариант приходилось проворачивать адовые комбинации. Три четыре-переезда за год на промежуточные хопы – рядовое явление. Так что тот год переездов я прожил у бабушки и особо не помню каких-либо потрясений.

    Жили не плохо, но сравнивая с сейчас – трудно. Несмотря на связи достать что либо было трудно. Удалось хапнуть обувь для меня – радость. Удалось урвать электромясорубку счастье на пол года. А так не голодали. Хлеб был всегда.

    Потом как то резко все изменилось. За год или даже быстрей. В магазинах стало все, жевачка стала продаваться везде и намного дешевле. Стали есть фрукты о которых я тогда и названий не слышал. Появилась одежда, без проблем. Только до рынка дойди. Что насчет денег… тут трудно сказать. У нас все было как то ровно. Мать устроилась администратором в кинотеатр, а после, когда директор его свалил в Израиль он назначил директором ее. В кинотеатре у нас была видеопушка (проектор) потому можно было тупо брать видео кассеты в любом ларьке (хоть напрокат) и крутить их на большом экране. С переводом Володарского, ага :) За счет этого кинотеатр процветал. Тогда о авторском праве и прокате вообще никто еще не слышал. Халява длилась года три. Не то чтобы мы хорошо жили тогда. Нет, сверхдоходов не было, сбережения не скапливались. Купить себе, например, видак или новый телевизор мы не могли. Но пожрать, одеться и заплатить за квартиру – без проблем. Это год так 91-93й.

    Путч, какие то баррикады в Москве. Тут, в Челябинске разве что в новостях показали, внешне ничего не изменилось. Там же убийство Листьева, которое все обсуждали. Листьев был любимчиком и особо никто не понимал за что его убивать.

    Потом появился Олег, отчим. Классный мужик, работал в СКБ Ротор электронщиком, потом уволился и с одноклассником сделали фирму делавшую ружья гарпунные. Дела пошли неплохо. Конкурентов не было вообще. К слову, ружья эти до сих пор этот чел выпускает вполне успешно, правда с отчимом они неужились под одной фирмой и он уволился. Тогда у нас появилась машина, образовался новый телек и видак :) К 98му ситуация настолько наладилась, что мы смогли продать нашу однушку и купить трешку, да еще сделать там неплохой по тем временам ремонт. Так что дефолт встретили в новой квартире. Для меня же дефолт стал трагедью только лишь потому, что изза резко возросшего курса стало невозможно купить мне комп.

    Поклейка танчиков из Звезды, да :) А еще прям на глазах, за считанные дни, дорожающие компакт диски. У меня тогда как раз появился мафон который их ел.

    Сбережений у нас не было, все тратилось на текущие нужды. Отчим работал в фирме разрабатывающей мрамор. Фактически директором, но на зарплате. Где то к 2001 платить ему перестали, зарплата у него была большой довольно, но задерживали ее по пол года. Причем деньги в фирме были, но ее владелец активно выводил их на себя. Покупал квартиры, машины. А что до зарплаты – ну так никому не платят и вам тоже. То были самые голимые времена. Когда пустой холодильник, да еще больной сверху до низу младший брат. Которому три года только исполнилось.

    Потом взрывы в Москве. Забавно я в то время сдавал зачет по социологии. И на зачет надо было провести соцопрос на 1000 респондентов сроком на 2 месяца. Ну и я и выбрал эту горячую тему, распечатал опросники и пошел опрашивать знакомых, родителей знакомых, людей на улицах, преподавателей, всех короче. До фейла в Рязани в виновниках уверенно лидировали официально обьявленные чечены, после рязанских “учений” резко в отрыв ушли ФСБшники.

    Потом утонувшая лодка и то самое “она утонула” (С) ВВП. Доренко, толсто троллящий Путина и вскоре разгон НТВ. Пожар в Останкино.

    Олегу надоело быть таким терпилой и он уволился. Устроился на завод, на частное предприятие. Мастером АСУТП. С тех пор у нас дела пошли резко в гору. Во первых стабильная и неплохая зарплата, чем не могли похвастать госпредприятия. А во вторых предприятие было частное, а значит его владелец работал на результат. Батя же результат выдавал, поднял свой отдел, наладил документооборот и года не прошло был уже начальником всего отдела АСУ. А после и вовсе занял руководящую должность директора по техмаркетингу и до 2006 получал просто зверское бабло, т.к. были проценты от сделок. Мы тогда успели купить три квартиры, две из них в Москве. А после компанию у того мужика отжали. Точно не помню деталей, но вроде как административно зарубили все источники заказов и возможности получения кредитов. В результате завод был вынужденно продан в огромный полугосударственный холдинг и посажен новый “эффективный менеджер” ныне просравший все собранные за первую половину нулевых полимеры.

    Вся же старая команда управляющих дружно уволилась, переехала в Москву и создала свою торговую контору. Так и живут, но гораздо скромнее.

    А по поводу Ельцинов, Чубайсов и прочих… А какие были альтернативы? Ну вот в той ситуации?

    Реформы были кривые, но после них, как по мне, очевидно стало лучше. Не для всех конечно, только для тех кто нашел в себе силы слезть с накатаных совковых рельс и воспользоваться возможностями те вылезли. Что тот чел с ружьями, что некоторые наши знакомые, что в коммерцию подались.

    • Ну ты и расписался :)

      Вот по поводу реформ – я не спорю про “необходимость” и т. п. Но провести их можно было бы более осторожно, что ли. Мы тут с kettle обсуждаем, в частности, нынешнюю медицину – точнее, плавно идущий вот уже десять лет как переход от “монопольно государственной” медицины к страховой. Вот примерно так, наверно, оно и должно было происходить. А была “шоковая терапия”, с “либерализацией цен”, мутной приватизацией и прочими “радостями”.

      Кстати, по поводу приватизации. Я не рассказывал байку про ГАЗ, УАЗ, ЗМЗ и УМЗ (соответственно, два автомобильных и два моторных завода, одна пара в Нижнем, другая в Ульяновске)?

      • DI HALT пишет:

        КМК единственное в чем был эпик фейл, еще при Горби, что не просекли тот факт ,что на каждого коммерса тут же возникнет по три рекетира и не начали эту кодлу давить в зародыше сразу же. Ведь не было в СССР такого явления, да еще в таком количестве. А из этого уже пошли все эти криминальные капиталлы и прочие ужасы 90х.

        • kettle пишет:

          Это не единственный фейл.
          Основной, имхо, фейл, который и привел к криминализации, заключался во-1 в кооперативном законодательстве, если не вру, продолжительное время кооператоры не платили налогов вообще, во-2 вместо того, что бы производить ТНП и занять нишу службы сервиса, кооперативы стали узаконенной спекуляцией и обналичкой. Плюс участие в регистрационном процессе чиновников, вместо простого декларирования/уведомления.
          Я думаю, планировалось что кооперативы станут чем-то типа дохрущевских артелей, но увы, этого не произошло.

          • DI HALT пишет:

            Ну неплата налогов какое то время наоборот идет во благо, лишь бы все подучетно было. С нулевой ставкой, например.

            • kettle пишет:

              Неуплата налогов – это те самые офшоры, за которые вздрючили МБХ.

              И работали по той же схема: слив продукции через придворные кооперативы с пополнением собственных карманов баблом.

        • Говорят, что все в Союзе было. Вот был такой писатель Валентин Иванов, автор довольно известных книжек типа “Русь изначальная” (по ним еще несколько фильмов снято). Перед тем, как удариться в это долбославие, он написал роман “Желтый металл”, который вроде как даже запретили – потому как там довольно подробно описывался криминал, стоявший вокруг всяких артелей с кооперативами, причем еще в 50-х.

          http://ecoross1.livejournal.com/214616.html

          А уж как “крышевали” цеховиков – там же не пойдешь в родную советскую милицию и не заявишь: “помогите, бизнес отжимают” – сам же и сядешь первым. Просто про это тогда не говорилось и не писалось.

    • dsa пишет:

      Кстати в 97-м году я привез в Челябинск подругу из Кургана – как раз проезжали через этот Северо-Восток и на Ленина – для нее нее это было море восторга – “какие дома ухоженные, как чисто, тут все богаче”.

  2. Миха пишет:

    Ну, во-первых всем советую пересмотреть http://tv1991archive.livejournal.com/
    Очень занимательные ощущения от встречи с прошлым.

    Во-вторых я во многом солидарен с DI HALT, что пиздец в стране накатывался года с 1987, становилось все голодней, бедней… Поэтому когда скинули идеологию в 91 и начались реформы, которые переломили тренд сползания вниз – стало лучше.

  3. kettle пишет:

    в 1990 я работал в ССО под смоленском на сельхозпредприятии. Без преувеличения – денег у них куры не клевали. И глядя на статистику по “голодным” 90-м и “сытым” 2000-м у меня три вопроса:
    1. куда все тогда испарилось,
    2. кто оплачивает нынешнее изобилие,
    3. что будет, если, вдруг, европа начнет разработку сланцевых месторождений?

    Штокмановское месторождение, на которое возлагались определенные надежды, как я понимаю временно законсервировали?

    • rikkimongoose пишет:

      Не удержусь, и отвечу на эти вопросы ещё одним:

      В 1990 вы были на 23 года моложе, чем сейчас, или на 23 года старше?

  4. Миха пишет:

    http://gray-bird.livejournal.com/191823.html

    Вот тут я в 2011 писал на созвучную тему, про 80-е – 90-е, как они воспринимались.

  5. RikkiMongoose пишет:

    Ваш ровесник, но рос в Беларуси, соответственно восприятие немного из другого угла. И ввиду более шизоидного, что ли, характера, воспринимал все предметы вокруг как что-то должное и неотвратимое: с утра развал, днём развал, вечером развал: ну так оно и положено.

    Первое ясное воспоминание связанное именно с политикой – 1993 год, газета с горящим Белым Домом. Было удивительно: был Белый Дом, стал Чёрный. Кто правит страной, и правит ли ей вообще кто-нибудь, даже не интересовался. Новости в телевизоре смотрели российские, белорусские жили по третьему каналу и были тошнотворно скучные (даже картинка была провинциальней). Помню какие-то переговоры об олимпиаде в России и небольшое моё удивление – не опасно ли проводить олимпиаду, когда столько стреляют?

    Политика до сих пор в семье мало кому интересна, да и главы государства в обычном понимании у Беларуси тогда не было. Талонов не помню, помню очень-очень долго были нормы отпуска мяса, молока и проч. на руки: люди в очереди договаривались, сколько чего брать (это уже в школе).

    Помню бабушка ездила в Польшу, что-то перепродавали. От этих поездок дома остались две большие игрушечные собаки.

    Помню впечатление от поездок в Россию, что РФ всё-таки погламурней и побагаче будет. Новый пластиковый гламур, банки.

    Не помню, когда впервые всплыл Лукашенко. Когда шёл в школу (1995 год) Лукашенко уже был, причём было ощущение, что он был всегда и будет всегда. Помню, мама рассказывала, как выбирали язык обучения – из 30 родителей на белорусский был согласен 1, которому было вообще всё равно. При этом бело-красно-белый флаг и герб с Погоней воспринимались как должное.

    Помню перед учёбой ездили в Москву, в ГУМе (или это был ЦУМ? Огромный, бесконечный в своей многоэтажности магазин) закупались подставками для книг и прочими штуками. Москва поразила бесплатным соком на попробовать (ШОК!), размерами. А ещё мы с мамой решили в рамках культурной программы посмотреть на Ленина. Ленин лежал в костюме, оранжевый, как пластмассовая кукла, левая рука полусогнута в кулак.

    Помню мою политическую сознательность – во время референдума 1995 года очень интересовался вопросами и даже сказал, как надо бы проголосовать: за равный статус русского, против замены флага и герба (я правда не понимал, зачем менять такой простой и узнаваемый флаг), за интеграцию с Россией, за последний вопрос что-то там про какой-то Верховный Совет (этот вопрос был, как позже выяснилось, самый важный, но его так толком никто и не понял). Помню результаты референдума по телевизору: было малость обидно, что флаг заменили на красно-зелёный с полсочкой (у меня с ним никаких ассоциаций не было). Помню негодование на боковую орнаментальную полосочку: я был уверен, что у великих держав (за исключением США, у которой надо штаты обозначить) флаги простые, трёхцветные, как у Франции или у России, так что жители могут легко рисовать его или одеваться в его цвета, а государства мелкие вынуждены, чтобы отличиться, рисовать на флагах всякие солнышки. Теперь например захочу нарисовать государственный флаг – а полосочку нарисовать не смогу и останусь без.

    Дальше помню российские новости, войну в Чечне, убийство Влада Листьева, жуткую приставку “Эльф” от завода Цветотрон (на самом деле – Спектрум-мутант), классический индустриальный развал на городских окраинах. На фоне этого сверкают ещё советские дома культуры, куда я ходил: конечно, и там заброс, но архитектура меня поражала).

    Митингов в городе (не в столице жил) почти не было, политически активных друзей тоже. Референдум 1996 года не помню вообще. 1996 запомнился короткой заметкой, что лидер партии БНФ Зенон Станиславович Позняк уехал из страны и решил не возвращаться. Что-то слышал про этого человека, но резонно считал, что без вышиванки с таким ФИО ходить нельзя.

    Помню Доренко, Лужкова ругал. Потом слух – вместо первого канала ОРТ будет белорусский. Был испуг: неужели мультики пострадают? Мультики не пострадали.

    Помню войну в Югославии. Было просто обидно и мерзко, уважать НАТО и компанию перестал. Поражала именно бессмысленность войны и непонимание: если немцы спокойно удерживали всякую Боснию, почему у югославов не получается? Ещё регулярно бомбили Ирак.

    Помню чехарду премьеров в РФ: Примаков, Кириенко, Бородин, снова Примаков, Степашин, Путин. Помню День Воли 1999 года – оппозиционно настроенный митингующие взяли штурмом трамвай.

    Из российских новостей – помню партию Отечество – Вся Россия, Лужков-Примаков, всеобщая убеждённость, что следующим будет Примаков и он будет Ельцин №2.

    Дагестан, контрудар, обещания командования, что займут только северную Чечню до Терека, а на юге пусть страдают и завидуют. Взятие Гудермеса без боя, Грозного. Помню (был в больнице тогда) взрывы домов. Все в ужасе сидели перед телевизором, я пришёл, спросил, что случилось. Оказалось, взорвали дома в Волгодонске. Не понял, что в этом страшного по сравнению с заурядным землетрясением по ТВ. Потом проникся.

    Помню, как Ельцин ушёл. Было непонятно: всё равно полгода оставалось, мог бы и посидеть. Помню резкий взлёт Пуи вторых президентских (в 2001) уже было ясно, что Лукашенко будет всегда. Против него шил два непонятно в чём разных кандидата, серые, как будто из газетной бумаги. Помню, многие одноклассники радовались, когда 11 сентября случилось: вот видите, и в Америке не всё благополучно! а нечего было Югославию бомбить!

    Вообще, ощущение уникальной белорусскости какой-то мира вокруг пропало ещё в классе 4-ом.

    Когда был Ирак, был почему-то уверен, что всё закончится пишком – побомбят и успокоятся. Не закончилось.

    Наконец, референдум 2005 и третьи выборы мог видеть сам. Снова два каких-то неведомых претендента, митинг среди зимы, чахлый палаточный городок в оцеплении. Чуть позже президентом России – некто Медведев. Но это уже современность. Тогда же прочитал того самого Паршева, через месяц разобрался, что в нём не так, и понял, что книги надо не юзать, а взламывать. Что примечательно: почти все последующие поп-идеологи, которых я листал, вплоть до Гайдара и ЖЖшных, разбирают мир абсолютно на уровне Паршева. Не доросли до Марксу.

    Впечатления? Лично для меня: такая бесконечность, 90-е в Беларуси плавно перетекли в нулевые и нулевые получились не особо жирными. К тому же, президент возник и уже не менялся. Для нашего поколения в Беларуси “Лукашенко был всегда”. Как “Путин был всегда” для 1995 года рождения

  6. Николай пишет:

    Помню как в школе собирали посылки солдатам в Чечню. Как мама ездила в Пятигорск за шмотками, и на пару часов размянулась со взрывом на рынке. Еще как классе во втором пошли к учительнице в гости, она налила стакан сока – я стоял и не верил, что мне дают такую вкуснятину. Когда видели в американском фильме в одном доме два цветных телека, удивлялись “во жируют”. Родители пахали с утра до ночи. Квартира была заставлена стопками картонных коробок, которые они привозили с работы, а потом продавали. Еще много такого, долго рассказывать. Пусть эти воспоминания и обрывочные, но они ложились по кирпичику в фундамент формирования наших личностей. Те кто родился в 96 совершенно другие, и это не старперское ворчание. Они аналог тех, кто вырос в стабильные 60-е 70-е и потом развалил страну.

  7. dsa пишет:

    Для “укушенных 90-ми” ты слишком молод. Самая человеческая плесень, это 69-76 год рождения, те, кто выплеснулись в новую жизнь из бессмысленных советских вузов еще не успев обрасти производственным опытом и связями, но уже вовсю отравленные обещаниями неизбежного светлого будущего.

    Это светлое будущее они до сих пор и ждут так и не поняв, сколько и как для него пролетарскому дитю надо ишачить.