Тут в комментах golergkaнедоумевает, почему кто-то разделяет «онлайновую» и «оффлайновую» известность, утверждая, что
Одни и те же люди работают и потребляют информацию в онлайне и в оффлайне, откуда вообще это идиотское разделение?
Не знаю правда, какой процент населения России «работает в онлайне», но, наверное, Михаил Ратгауз довольно реалистично сравнил его с княжеством Лихтенштейн:
(Москва — имеются в виду единомышленники автора, а не какое-то там быдло) стала чувствовать себя княжеством Лихтенштейн. В княжестве удалось даже совершить государственный переворот и скинуть веселым усилием горожан некрасивого тирана.
Напомню, что население Лихтенштейна составляет порядка 35 тысяч человек. По оценкам ГУВД, такой же порядок имеет и количество участников митингов «за честные выборы». Но я пишу этот пост не для того, чтобы выискивать нумерологические совпадения — а как обещал Максу, чтобы «накидать ссылочек на butthurtы людей, которые 4 марта 2012 года с удивлением обнаружили, что не менее трети населения России не смотрят телеканал “Дождь” и не знают, кто такой Навальный». В общем, первые две:
«Не менее трети» — оценка заниженная. Это просто доля избирателей, которую я определяю по произведению процентов явки и голосов за Путина — итого получаем 40 миллионов. Всего в России правом голоса обладает 100 миллионов человек — и из них не менее 40 не имеют понятия о «партии жуликов и воров», «кооперативе “Озеро”», а также не могут сказать, кто такие Тимченко, Ковальчук и Ротенберг — и поэтому, разумеется, голосуют неправильно. А ответ один — народ, оказывается, некачественный:
Очень здорово, конечно, обитать в этаком сетевом Лихтенштейне. Ну, если не Лихтенштейне с его 35 тысячами населения — то в Люксембурге с полумиллионом (и это, видимо, довольно оптимистичная оценка для политизированного Рунета). Но вот когда приходится этот Люксембург на минуточку покинуть — его обитатели предпочитают в страхе закрыть глаза и как можно быстрее вернуться из страшного, слушающего шансон и голосующего за Путина оффлайна в свой уютный онлайн, что, собственно, мы и видим по ссылкам.
Шарясь сегодня по интернету на айпаде, наткнулся на одном сайте на сообщение «Ваш браузер устарел и не поддерживается» вместе с предложением скачать новую версию Safari.
К сожалению, на ссылку я не нажимал, так что затрудняюсь сказать, что же там было. Насколько я знаю аналогичную ситуацию с Opera Mini, под видом браузера зачастую предлагаются свежие вирусы. А как обстоят дела с устройствами на iOS, такими из себя защищенными?
Включил сегодня зомбоящик, а там, оказывается, действующая модель президента отвечала на вопросы журналистов. Журналисты, видимо, проходят у нас исключительно отрицательный отбор, поэтому задавали вопросы повышенной дебильности. Напримкр, в одном предложили сделать известного сетевого «борца с коррупцией» главой антикоррупционного комитета. Сделал facepalm и пошел читать френдленту, в которой infowatch написал сегодня же следующее:
Широко известная в отрасли личность может рассчитывать на топовые должности в крупных предприятиях, где зарплата – уже не за труд, а за статус. Плюс нетрудовые доходы, пропорциональные «высоте» такой должности. Итого можно рассчитывать на окупаемость затрат по раскрутке. Если сетевая известность приравнивается к офлайновой, авторитет человека становится вопросом пиар- и seo-технологий.
Как вы думаете, в каком году написана статья, отрывки из которой я сейчас приведу?
Мы ездим на автомобилях, которые в Америке называются «негритянскими». Нечего радоваться крепости автомобильного барахла.
Если машина прошла больше определенного количества километров и все еще ходит, то ее все-таки выгодно выбросить. Она не надежна и уже не рентабельна.
Идеал современной техники — электрическая лампочка, которую не чинят. Идеал автомобиля — такой автомобиль, срок пользования которого точно известен, который не ремонтируется, а только заменяется.
Автомобильные кладбища дают иллюзию возможности чинить старые машины путем раскопок запасных частей…
Столкнулся сегодня с довольно распространенным в рунете мошенничеством. Нет, я не отправлял какие-то СМСки — просто немножко подробнее изучил уже знакомую проблему.
Думаю, все знают, что на мобильниках очень выгодно использовать браузер Opera Mini. Несовместимость с некоторыми сайтами компенсируется существенной экономией трафика. Естественно, эту тему просекли, так сказать, кибермошенники, и при входе на некоторые сайты выдается сообщение типа «Ваш браузер устарел! Скачайте новую версию Opera Mini» — и предлагается скачать, разумеется, не новую версию браузера — а обычную отправлялку платных СМС. В некоторых вариантах этой странички предлагается оплатить скачивание СМСкой.
Оказывается, что у мошенников существует целая партнерская программа. Вебмастер размещает у себя перенаправлялку (вставляется либо в php-код страницы, либо в .htaccess, браузер определяет по User-Agent), и ему капают денежки за пришедших с его сайта лохов. Самый отмороженный вариант этого я увидел сегодня. Не буду называть имен-фамилий и адресов, потому что это только подозрения, но скорее всего, дело обстояло так: «студия веб-дизайна», обслуживающая сайт одной организации, разместила там редирект. Деньги от партнерской программы шли, разумеется, «студии» — и более того, сайт терял некоторую часть посетителей.
По-моему, за такое крысятничество админа сайта стоило бы закатать в асфальт, чтоб другим неповадно было. А вы как думаете?
Математики, разумеется, были неплохо заряжены идеологически — примерно так, как написал в своем комментарииgaz_v_pol:
Сегодня для математика публично признаться в том, что ты за Путина — это как в 1996 году публично признаться, что ты за коммунистов. Это делают либо люди нерукопожатные, либо блаженные вроде Савватеева.
Соответствующим было и отношение к выступлению Чурова — его уже обвиняют не только в фальсификации выборов, но и в том, что он путает оси на гистограммах, не умеет записывать умножение матрицы на вектор и не может сформулировать критерий Коши. А математики очередной раз «уверовали» в небывалые фальсификации. При этом они совершают страшную «методологическую» ошибку, объявляя свои (или же мысли «сочуствующих») построения доказательствами фальсификаций.
В чем отличие математики от естественных наук? Математика изучает чисто умозрительные объекты, иногда, по счастливой случайности, схожие с чем-то реально существующим. Не надо приводить тут, скажем, определение из БСЭ, где математика определяется, как «наука о количественных отношениях и пространственных формах действительного мира» — оно восходит еще к классикам марксизма и было более-менее актуально в середине XIX века. Но в том же XIX веке, например, Джордж Буль в «Математическом анализе логики» писал, что «истинность процесса анализа не зависит от интерпретации используемых символов, а только от законов их комбинации» («the validity of the processes of analysis does not depend upon the interpretation of the symbols which are employed, but solely upon the laws of their combination.»). Фактически, из этого выросла так называемая «абстрактная алгебра», которая очень сильно не укладывается в «количественные отношения реального мира».
К чести БСЭ и А. Н. Колмогорова, писавшего статью «Математика», надо заметить, что там дается оговорка о том, что термины «количественные отношения» и «пространственные формы» следует понимать максимально широко. Да и сам Маркс в «Математических рукописях» довольно сильно отошел от «количественных отношений реального мира» — он обосновывает правила дифференциального и интегрального исчисления, основываясь не на правилах работы с действительными числами (которые принимались за объекты из «реального мира»), а определяя алгебраические операции с бесконечно малыми, при этом «убеждая себя» в том, что так делать можно.
Так или иначе, современная математика с «реальным миром» не связана, и поэтому для математика «естественно» вводить произвольные предпосылки-аксиомы. Такой аксиомой в подавляющем большинстве случаев является какой-нибудь тезис о фальсификациях — например, «правило Собянина-Суховольского«, насколько я понимаю, чисто умозрительное, придуманное в начале 90-х и не подтвержденное фактами — и даже более того, «не работающее» в случае многих так называемых «демократических» стран.
С другой стороны, исследование результатов выборов — «естественнонаучный» процесс, в котором статистика может лишь помочь выявить закономерности — но никак не объяснить их. Объяснение выявленных аномалий — задача в данном случае не математической статистики, а социологии. Впрочем, система аксиом с утверждениями «Единая Россия набирает не более 30%» и «Все остальное — фальсификации» непротиворечива, а значит — допустима для математиков. В естественных науках подобный подход невозможен — они должны все-таки немного согласовываться с реальностью — в которой в данном случае есть и соцопросы, и «экспертные» оценки, и — о ужас! — объяснения наблюдаемых явлений, не требующие привлечения тезисов о небывалых фальсификациях.
Более того, «математика» в этих построениях все больше и больше становится похожа на жонглирование цифрами, с помощью которого — если постараться — можно «доказать» все, что угодно. Юрий Неретин в своей статье так и пишет (пункт 7.3):
Современные методы рассследования российских выборов предоставляют возможность математически точно «доказать» наличие фальсификаций в практически любой достаточно неоднородной стране. (В приведённых примерах фигурируют: Великобритания, Германия, Канада, и, что неожиданно, Польша и Израиль). В частности, эти методы гарантированно выявят фальсификации на любых выборах, какие только могут произойти в Российской Федерации. К тому же эти методы могут «обосновать» любой процент фальсификации, который только пожелает заказчик исследования.
PS По тем же самым причинам я не верю выводам Ашманова в том ролике, который я выложил вчера. Статистика и прикладная лингвистика действительно позволяют обнаружить некоторые явления, такие как искуственно подогреваемые темы — а вот объяснить их можно и без теорий заговора.
Или если вы не верите в тайное мировое правительство — это не означает, что его нет. Еще один из настоятельно рекомендуемых роликов, выступление Игоря Ашманова в телепрограмме «Профилактика»:
Я не буду восхищаться «высоконаучным анализом», как это делают некоторые недоучившиеся блоггеры — большой науки в этих графиках практически нет, а о методах сбора этой информации и ее автоматического анализа (что представляет гораздо больший интерес) было лишь вскользь упомянуто в начале передачи. Можно сомневаться и в выводах — потому что на перепостах не написана цена в долларах или юанях, но вот разница между «обычными» и «накачиваемыми» новостями очевидна.
Признаться, я до этого ни разу не смотрел передачи телеканала «Дождь». Мне кажется, что существующее только в интернете СМИ (говорят, что они все-таки пробрались в зомбоящик, но там я их не встречал, привет нашим кабельщикам) просто не имеет права так относиться к времени своих «зрителей». Вместо того, чтобы посмотреть их «передачу», можно заняться куда более интересными вещами. Любой взрослый человек читает быстрее, чем разговаривает. По-моему, большим маразмом, чем «интернет-телеканал», могут быть разве что какие-нибудь аудиокниги «неразвлекательной» тематики — типа таблиц Брадиса или задачника Демидовича :)
В общем, «телеканал в интернете» — это такая бессмысленная трата времени, поэтому о «Дожде» я знаю только, как говорится, «из третьих рук» — и эти знания особо не прибавляли желания посмотреть хоть что-то. Но вот на днях я наткнулся на несколько настоятельных рекомендаций взять и посмотреть выпуск передачи «Hard day’s night» (мы тут по русски еще говорим или как?) с Жоресом Алферовым. Пришлось найти час времени и посмотреть.
Признаться, этот час вряд ли можно считать настолько безнадежно потраченным. Он еще раз укрепил мою уверенность в том, что «Дождь» смотреть не стоит — и даже не по «идеологическим» причинам, а просто из-за тотального непрофессионализма, вылезающего буквально с первых минут. С чем можно сравнить роль «гостя» в телепередаче? Наверное, с ролью эксперта в судебном процессе. Если кто знаком с этим только по передаче «Час суда», то поясню, что «эксперт» — это лицо, обладающее специальными знаниями и привлекаемое следственными органами или судом для проведения экспертизы — то есть написания бумажки, в которой даются ответы на поставленные вопросы — которые должны убедить не обладающий специальными знаниями суд, что этого негодяя давно пора упечь за развращение малолетних и просмотр нелицензионной детской порнографии. Разумеется, правильно поставленный вопрос содержит половину ответа — и фактически авторитет эксперта нужен только для того, чтобы подтвердить слова прокурора.
Точно так же все происходит и в телевизоре. Ведущий несет ахинею, которая должна перемежаться словами «гостя-эксперта», якобы «подтверждающими» его высказывания. Примерно так устроены все передачи про НЛО, секретные операции Анненербе, линкор «Новороссийск» и прочих диверсантов князя Боргезе. Так же делают и выпуски новостей с комментариями специалистов. Чуть сложнее такого рода передачи в прямом эфире — если в записи всегда есть возможность вырезать ненужное, а нужное скомпоновать в стиле «Ленин — гриб», то в прямом эфире гость может начать говорить что-то свое, противоречащее «редакционной политике». Против таких гостей тоже есть свои средства — например, правильный их подбор.
Собственно, это и оказалось первой ошибкой ведущих «Дождя». Алферов был известен им, как один из авторов «Письма десяти академиков» с критикой клерикализации общества — и, видимо, его приняли за сторонника в борьбе с Русской Православной Церковью (а такая борьба сейчас, очевидно, ведется — впрочем, можете считать меня сторонником теории заговора). Не получилось, Алферов начал рассказывать о «славянском мире», и даже начал затыкать ведущих, говорящих о какой-то «ренте», которую якобы должна получить церковь. Разговор о Pussy Riot он не поддержал, а от темы парламентской деятельности перешел к микроэлектронике. Отдельным «звоночком» для ведущих стало то, что Алферов сам начал задавать им вопросы, а на интересующий ведущих, но не его вопрос о легитимности выборов ответил так: «Если бы я знал, что вы собираетесь со мной обсуждать вот эту всю тематику — религию, Думу — то я бы ни за что не пришел к вам на встречу».
Тут бы, наверное, самым правильным выходом, не превращающим «общение на темы, которые интересны гостю и важны нам» (из описания передачи на сайте «Дождя») в лекцию Алферова, было бы что-нибудь вроде «а мы вас тут не держим, идите на хуй». Да, это хамство — но ведущим хотя бы не пришлось демонстрировать свою интеллектуальную импотенцию, неумение понимать смысл произнесенных слов и полную профнепригодность. Впрочем, они сами себе злобные буратины. Они дали гостю перейти к своей любимой теме, а остановить его с помощью заранее заготовленных идиотских вопросов — не смогли. Кстати, получилось полное расхождение с описанием передачи — «важные» для «Дождя» темы оказались гостю неинтересны, после чего он просто сам стал задавать тему разговора. Все робкие попытки журналистов высказаться (например, про Фурсенко или Ковальчука) давились замечаниями в духе «учи матчасть» — и в течение оставшихся сорока минут передачи Алферов рвал журналистам шаблоны.
Очень показательны, кстати, и комментарии из Твиттера, которые показывали в начале каждой из половин программы. Если в начале кто-то интересовался, почему Алферов коммунист, то после паузы, когда нобелевский лауреат и депутат Госдумы заставил журналистов замолчать, его начали обвинять в хамстве, говорить о том, что он «вызывает отвращение», и даже строить предположения, что он пришел на передачу пьяный — а в комментариях на сайте даже писали о том, что поведение Алферова «пахнет сталинщиной» — а стоило всего лишь несколько раз похвалить Советский Союз.
Да, конечно, современные представления о толерантности предполагают, что к идиоту следует обращаться только «уважаемый альтернативно мыслящий», да и работа журналиста, видимо, сводится к тому, что надо быть дилетантом во всех областях знаний — но хороший журналист хотя бы постарается таковым не выглядеть — не будет приглашать на передачу гостей, с которыми не сможет справиться и не будет задавать им вопросы, на которые они будут отвечать «неправильно» — и не даст гостю повода назвать журналиста идиотом. В общем, по итогам передачи «Дождю» следовало бы выгнать за профнепригодность всех причастных к выходу этой передачи — правда, кто же тогда там останется?
Сегодня в родном НИИ ГиТ один пацан ходил с бумажкой, на которой было написано «ДА» и предлагал сфотографироваться с ней в руках. Никто не в курсе, не происходит ли сейчас каких идиотских флешмобов, где надо сфотографироваться с бумажкой? Я на всякий случай отказался.
Тут в политической жизни произошел очередной забавный спектакль — выбрали мэра Ярославля. Поражает интерес к этому процессу столичных СМИ. Самое интересное — это позиционирование победившего кандидата Урлашова, как «оппозиционера» — хотя он всего лишь вовремя сдал партбилет, и риторика столичных журналистов, например, на gazeta.ru:
Журналисты пишут о работниках предвыборного штаба проигравшего кандидата Якушева, как о «бомжихах», не скрывают своего отвращения к «крепким молодым людям в спортивных костюмах», и вообще, относятся к ним почти как к другому биологическому виду, каким-то оркам и гоблинам. Удивительно, что «оппозиционер» еще и победил в неравной борьбе с силами Зла.
При этом абсолютно нормальным считается привозить кучу «журналистов» и «наблюдателей» из Москвы, ассоциацию «Голос» и прочие потусторонние силы. В качестве практического занятия по прикладному двоемыслию, предлагаю попробовать переписать статью по ссылке в противоположном ключе. Это несложно, просто приписываем все вбросы другому кандидату, обвиняем его в том, что в город были привезены «так называемые наблюдатели», обвиняем их в провокациях и нападениях на агитаторов — в общем, излагаем те же факты и переворачиваем оценки.
Короче, поздравляю всех с победой одного говнюка над другим. Это называется «выборы». Правда, вы именно этого и хотите?
![[info]](http://stat.livejournal.com/img/userinfo.gif){kind=small}
golergka недоумевает, почему кто-то разделяет «онлайновую» и «оффлайновую» известность, утверждая, что