Воскресная проповедь

Вот, скажем, серфитесь вы по интернету и внезапно натыкаетесь на инстаграм какого-то “медбрата”, который выкладывает фотачки “поциентов” категории “шок-контент” со своими “остроумными” комментариями. Допустим, это оскорбило вас до глубины души и вы, пылая праведным гневом, решили медбрата наказать. Ваши действия?

Добрый инстаграм предлагает для того, чтобы “наказать” кого-то кнопачку “Report”, благодаря которой можно сообщить тамошней администрации, что кто-то нехороший нарушает правила ресурса и вместо котиков постит натюрморты из расчлененки и скальпелей. Берусь доказать, что кнопачка эта служит одной-единственной цели – успокоить особо активных и “неравнодушных” посетителей ресурса, но никак не наказанию нехороших медбратьев и более того – пресечению их подобных действий в дальнейшем.

Начнем с того, что кнопачка нужна для сообщения о нарушении правил ресурса – и не более того! Допустим, что disturbing content действительно запрещен – но определять, насколько он disturbing, будет что-то типа Abuse Team из ЖЖ – то есть какие-то маловменяемые персонажи, действия которых нельзя оспорить от слова совсем. Даже ненавидимые многими Роскомнадзор и недавно принятые в России законы о регулировании Интернета предусматривают какую-никакую процедуру обжалования их решений, а тут имеем полное “беззаконие” (а на особо борзых ресурсах, типа Википедии – вообще полный беспредел администрации, прикрытый неким подобием юридического крючкотворства).

Но вообще, даже Роскомнадзор и Госдума не считают абстрактный disturbing content чем-то таким, что надо выжигать каленым железом. Пресловутые “антиинтернетовские” законы предусматривают закрытый список “нехорошего контента” – и творчество медбрата туда пропихнуть очень сложно. Да и вообще, чем оно принципиально отличается от “современного искусства”, типа творчества Гюнтера фон Хагенса, именующего себя “художником”, современной же журналистики, учебных фильмов для студентов-медиков или страшилок с хорошим концом? Дело ведь не в фоточках – снабдив их другими подписями, можно все представить несколько иначе.

Пользователи с активной позицией говорили мне про некую “медицинскую этику” – и это совершенно верно, но тогда обращение точно ушло не по адресу! Представьте себе другую ситуацию – на фотачках в инстаграме изображено зверское преступление, вы нажимаете кнопачку “сообщить о безобразии” и инстаграм удаляет фотачки. Поздравляю, вы только что сделали все, чтобы уничтожить свидетельства этого зверского преступления. В данном случае – все то же самое, только вместо зверского преступления – имеем нарушение медбратом своих должностных обязанностей. Будет ли адекватным ответом максимум того, что сможет сделать инстаграм – а именно, блокировка его аккаунта? Будем считать ответные меры адекватными, если они как-то пресекают нехорошую деятельность медбрата, а в идеале – не дают ему больше ей заниматься. Но “нехорошесть”, как мы только что убедились, заключается отнюдь не в выкладывании фотачек в инстаграм! Да и блокировка аккаунта – это ерунда, с нехорошим поступком медбрата никак не связанная.

Лично я придерживаюсь того мнения, что разбираться с этим медбратом – не дело инстаграма. Да и вообще, отечественная правовая система предусматривает, что разбираться с правонарушителями и преступниками должны специально обученные люди (вообще говоря, почитав учебники по уголовному праву, я с этим склонен согласиться – там без пол-литра не разберешься). Даже если отвлечься от того, что в деятельности медбрата могут иметься как минимум составы преступлений по нескольким статьям УК и ограничиться только медицинской этикой – то для таких вопросов, например, при Минздраве существует Комитет по вопросам этики и Общественная приемная, куда можно попробовать направить обращение – а если не взлетать так высоко и деанонимизировать медбрата (что, вообще-то, не вполне согласуется с тезисом про “специально обученных людей”, но это пропустим) – то кляузу можно направить и более близкому руководству. Но ведь проще нажать на кнопачку “Report”, чем письменно изложить, что нехороший медбрат совершает поступки, несовместимые с высоким званием медицинского работника, и нарушает статью 30 “Основ законодательства Российской Федерации об охране здоровья граждан”, правда ведь?

К чему вся эта проповедь? Не надо смешивать чувство “мне не нравится” с “активной гражданской позицией”. Нажатие стукаческой кнопачки в инстаграме или где бы то ни было не сделает ничего, что помешает медбрату заниматься его деятельностью в дальнейшем. Это не имеет ничего общего с праведным гневом против медбрата, а скорее ближе к поведению депутата Мизулиной – “мне не нравится то-то и то-то, уберите это из Интернета как можно скорее!” Да, фотачки уберут – но говно в голове их автора останется. А ведь бороться надо отнюдь не с фотачками.

Ну и традиционный провокационный вопрос – а как поступили бы вы? Прошли бы мимо, по принципу “не нравится – не читай”, нажали бы с чувством выполненного гражданского долга кнопачку, или же предприняли бы попытку наказать злодея с помощью всей мощи отечественного репрессивно-бюрократического аппарата?

PS Употребляя слова “фотачки” и “кнопачки”, я только подчеркиваю свое пренебрежительное отношение к этой фигне и всему Инстаграму.

2 комментария

  1. DI HALT пишет:

    Репостнул бы с пометкой “вот мудак”. Глядишь бы до деанона дошло со всем последующим.

    • Мы с тобой кажется, как-то обсуждали, что некачественная деанонимизация “всего последующего” может не иметь.

      Но в данном случае – ты предлагаешь проверить “теорию пяти рукопожатий” и предложить кому-то другому “наказать злодея с помощью всей мощи отечественного репрессивно-бюрократического аппарата”. Ок, принято.