Прислали ссылку на очень интересную карту. На ней цветом показано среднее commute time — время, затрачиваемое на поездку до работы — по разным counties в США (в ЖЖ не показывается, жмите на ссылку).
US Census Bureau подсчитало, что 2% населения США тратят на поездку на работу или обратно более полутора часов. Самым сложным в транспортном отношении был признан район Нью-Йорка — но и там с трудом можно найти места, где commute time составляет более 45 минут. Интересно, что бы там не говорили разные зялтокацы, в таких городах, как Хьюстон или Сан-Франциско, считающихся «автомобилизированными» (по Кацу — стоящими в жутких пробках), это время обычно не превышает даже получаса.
А что в Москве? Даже днем, при оценке пробок в «пять баллов по Яндексу» дорога из, скажем, Свиблово в так называемое Москва-Сити займет 40-50 минут. В «час пик» — нормальным считается полтора часа, то есть mega-commuting по-американски. Думаю, что ни для кого не секрет, что большая часть москвичей живет в «спальных районах», а на работу ездит в «центр»? Давайте я не буду говорить ничего о ездящих в Москву жителях, скажем, Раменского или Воскресенска (умные люди говорят, что это тоже «часть московской агломерации»).
Про пробки разговаривать неинтересно — все и так все про них знают. Предлагаю обсудить одну из непосредственных причин этих пробок — а именно, такое «градостроительное» решение, как «спальные районы». «Лояльный эксперт» Михаил Блинкин, например, предпочитает эту тему не обсуждать, сводя все к шуткам:
Сделаю небольшое отступление: недавно господин Кузьмин – главный архитектор Москвы – выступил с фундаментальной идеей: если бы 40 % жителей совмещали место работы с местом жительства, транспортная проблема была бы решена.
Отвечая на это в эфире одного из ТВ-каналов, я сказал, что я знаю градостроительный рецепт, при котором этот показатель равен не 40%, а даже 100 %. Мальчик-журналист очень удивился и спросил, как это называется. Концлагерем называется…
Допустим, что в «индустриальном» городе само по себе появляется разделение на «жилые» районы и «промзоны» — хотя в 20-30-е годы существовала концепция «соцгорода», где промышленные предприятия вытягивались в длинную линию, вдоль которой строились рабочие поселки. Но офисные центры — это не заводы, жить рядом с ними вполне можно. В «постиндустриальной» Москве удивляет то, что любая, даже самая мелкая и гнусная фирмочка стремится открыть офис непременно в пределах Садового кольца. «На крайняк» сойдет и Третье — но это уже совсем-совсем плохо.
В каком-то из обсуждений этой ситуации я прочитал такую точку зрения: мол, размещая офис в центре, фирма имеет возможность выбирать из большего числа потенциальных работников. Возможно, это имеет смысл, если фирма занимается чем-то уникальным. Но если вся «работа» заключается в «перекладывании бумажек»? Как же работают такие «фирмы по перекладыванию бумажек» в городах с населением менее 10 миллионов человек?
Если посмотреть на карту Москвы, то на ней можно увидеть более-менее связные «кластеры» с населением, ориентировочно, порядка 0,5-1,5 миллиона человек — то есть соответствующие российским областным центрам. Что, сложно работать с «кадровым пулом» всего в полмиллиона человек? А что же тогда делают кадровики в Смоленске или Воронеже?
Создается впечатление, что объяснение при помощи «кадрового вопроса» — это «рационализация» всяких «комплексов». «Офис в центре» — это же «престижно», правильно? Только не пристало «креативному классу» пользоваться риторикой «крутых бизнесменов» из 90-х, вот и придумывают всякие отмазки. А я уверен, что если бы всемогущий злой волшебник вдруг разделил москву на десяток отдельных городов, да и перенес бы их на 200 километров друг от друга — то сильно хуже бы и не стало. Город, в котором живут 12 миллионов человек, вряд ли можно считать чем-то «единым». Остается ждать лишь появления настоящего ховринского сепаратизма.