Меня уже удивляла привычка лепить, например, к танкеру под флагом Либерии, прилагательное «российский», так что словосочетание «российский мобильный телефон», употребленное по поводу неработающего гаджета (если даже продвинутый нанопрезидент, обладатель ойфона не смог его включить) тайваньского производства, собранного из китайской комплектухи уже не кажется таким диким. Сомневаюсь, что вклад российских разработчиков в это устройство больше, чем написание софта (а скорее всего — это просто корректирование перевода, чтобы не возникало ненужных ассоциаций с NOKLA).
В принципе, это общепринятая практика — например, сотовые операторы часто заказывают «фирменные» мобильники со своей символикой у тайваньских фирм, которые лепят любой лейбл на разработанные ими «платформы», например, из такого «субподрядчика» выросла известная фирма HTC. Но, наверное, никому не придет в голову назвать T-Mobile MDA Vario «немецким» телефоном (особенно, если он еще и продается под марками iMate K-JAM, QTek 9100, а на московских радиорынках все это разнообразие называют HTC Wizard).
Больше удивляет то, что это чудо было показано Сергеем Чемезовым как результат работы госкорпорации «Ростехнологии». В принципе, для разработки смартфона с «заказным» лейблом и даже с доработками софта под местные условия достаточно десятка человек (включая бухгалтера, шефа, его секретаршу и зиц-председателя Фунта) и соответствующего финансирования, но уж никак не целой «госкорпорации». От госкорпорации ждешь чего-то другого, например, «мы построили в Усть-Пердюйске завод по производству мобильников мощностью миллион штук в год и купили у Motorola лицензию на M3188».
В общем, «от него кровопролитиев ожидали, а он чижика съел».