Гендальф как политический авантюрист

Протолкавшись к сцене, мы немного послушали выступление профессора Барабаша: сумасшедший старик толковал нам про параллели между Гендальфом и Иисусом Христом. Жаль только, что на прямой вопрос: “Значит ли это, что Гендальф был еврей?”, профессор Барабаш не нашелся, что ответить.
К стыду этого корифея Толкиеноведения нужно признать – он не ответил ни на один из интересовавших нас вопросов. Проповедовал он увлеченно, но немного не по существу, а закончил своё выступление просто бесподобной формулировкой:
- Злой Властелин гонит пургу и зной! – сообщил залу профессор Барабаш.

Грибные эльфы

Посмотрел на днях пиратскую копию джексоновского “Хоббита” (кстати, уже ходят слухи о скором выходе перевода Гоблина) и советский телеспектакль “Сказочное путешествие мистера Бильбо Беггинса, Хоббита”. Джексоновское творчество смотреть можно только по укурке или в гоблиновском переводе (что равноценно), да и ничего принципиально нового там увидеть нельзя (кроме разве что обосранного Радагаста – но это 5 минут на Youtube).

Гораздо интереснее оказалась советская экранизация. Нет, не с точки зрения зрелищности – это исключительно убогий представитель жанра телеспектаклей, или “самодеятельность на выезде”, и не с точки зрения сюжета – это очень сильно порезанный “Хоббит”, а с точки зрения трактовки персонажей. Во всех виденных мной западных экранизациях “Хоббита” и “Властелина колец” Гендальф выглядит “правильно” – это бородатый старик с посохом, в плаще и широкополой шляпе – и ведет себя соответствующе, как “очень мудрый волшебник”. Не знаю, откуда пошла эта “правильность”, копаться в книжке для выяснения того, насколько подробно описана внешность Гендальфа, мне не хочется, но есть подозрения, что в любом случае тут очень важны и “канонические”, “одобренные лично Толкиеном” иллюстрации. Естественно, что до советских постановщиков ни любовь толкиенистов к буквальному следованию первоисточнику, вплоть до вопроса “Носил ли Арагорн штаны”, ни “правильные” иллюстрации не дошли, так что пришлось импровизировать.

Вместо “правильного” мудрого волшебника в отечественной постановке получился какой-то постаревший Остап Бендер. Вот за это я готов простить даже гномов в дурацких халатах с капюшонами, а уж когда Гендальф первый раз разговариавает с Бильбо – это просто находка режиссера. Вот представьте себя на месте хоббита. Сидите вы на завалинке на своем хуторе, и тут подходит какой-то странный мужик, забалтывает вас, а на вопрос “А ты-то кто будешь?” с видом окорбленной невинности отвечает “Как, вы не узнаете меня? Я Гендальф!”. Тут же родилась версия, что это за Гендальф такой. Никакой это не волшебник (максимум – ловкий фокусник разряда “кручу-верчу”), да больше того – никакого Гендальфа на самом деле не существует, это персонаж типа Деда Мороза. Этот хитрый фокусник надурил доверчивого гнома Торина и предложил тому отправиться за сокровищами. На полпути суеверные гномы сосчитали, что их ровно 13, и отказались идти дальше. На счастье Гендальфа, ему подвернулся доверчивый и гостеприимный хоббит Бильбо, которого соблазнили обещаниями великих богатств и зачислили в банду “взломщиком”.

А как здорово такой “Гендальф” соотносится с другими его отечественными трактовками – что с Пендальфом у Гоблина, который то пугает Балрога полным набором всяких ксив – “Я майор милиции, почетный пожарник Поволжья и народный дружинник!”, то, “набрав полные карманы белого”, под видом народного целителя отправляется подсаживать на наркоту сильно пьющего атамана Бориса, что с таким же авантюристом у Еськова в “Последнем кольценосце” – который просто устраивает в Гондурасе Гондоре форменный государственный переворот!

Карманный гуманитарий подсказывает мне тут умное слово “архетип”, так я скажу менее умно – архетип – это херня! Гораздо интереснее, когда “великий волшебник” оказывается просто авантюристом-самозванцем.

Кстати, обращу внимание на еще один интересный момент в “Хоббите”. Как только Бильбо с гномами попадают в серьезные передряги, Гендальф тут же куда-то смывается. Видимо, бережет шкуру?

Один комментарий

  1. UNDYING пишет:

    Собственно описание “каноничной” внешности где-то в первой пятёрке страниц “Хоббит или Туда и Обратно”, практически соответствует вышеизложенному:
    >это бородатый старик с посохом, в плаще и широкополой шляпе – и ведет себя соответствующе, как “очень мудрый волшебник”.
    А в “суровом советском” – видимо не нашлось бутафории :D. Но решение интересное – надо заценить.
    >Кстати, обращу внимание на еще один интересный момент в “Хоббите”. Как только Бильбо с гномами попадают в серьезные передряги, Гендальф тут же куда-то смывается. Видимо, бережет шкуру?
    Если не изменяет память, он таким образом на протяжении всей книги “прокидывал” “хоббита и ко” ;).
    Эпиграф потрясающ! “Пеши исчо!”