Архив 27 апреля 2009

Что такое консерватизм

Консерватизм – это идеология, выступающая за уменьшение числа государств на карте мира. Думаю, достаточно двух-трех десятков. Например, Африку можно “сократить” примерно до такого вида:

africa-map

Царь Гарри

Пока всякие “палитеги” рассуждают, как им обустроить Россию сверху, снизу поступило предложение восстановить монархию, пригласив варягов Генриха Чарльза Альберта Дэвида Виндзора (Саксен-Кобург-Готского), более известного под агентурной кличкой “принц Гарри” к нам на царство. Между прочим, Гарри – прямой потомок Николая I по отцовской линии, принадлежащий к царствующему дому, так что прав на престол у него на порядок больше, чем у нынешних Romanoffых.

Кстати, ни один из Romanoffых не служил в армии, в то время как Гарик имеет воинское звание корнет и побывал в Афганистане в качестве авиационного наводчика.

В ЖЖ создана инициативная группа, ставящая свое целью восстановление монархии, естественно, с Гариком на престоле: [info]tsar_garry. Вступаем, пиарим, участвуем.

Про SEO, аптечное радио и радиохулиганов

Борюсь со спамерами, раскручивающими фарма-сайты. Как же их поведение похоже на круглосуточную рекламу биодобавок по всем трем программам “аптечного радио”!

Придумался идиотский рассказик про печальную судьбу “аптечного радио”. Представьте себе, что никакого интернета нет, а место “развлекательных сайтов” и аськи занимает “медвежий угол” – участок коротковолнового диапазона примерно от 1800 до 3000 кГц, заселенный радиохулиганами с незапамятных времен – по причине его абсолютной ненужности.

…Большой десантный корабль “Платон Щукин” медленно шел по Зондскому проливу. Наверное, мало кто знал о его присутствии здесь. “Официально” “Щукин” должен был находиться почти на две с половиной тысячи миль севернее, а в Зондском проливе находился украинский сухогруз “Мыкола Перебейнiс” с грузом бронетехники для очередного “освободительного движения” где-то в Юго-Восточной Азии. Впрочем, голландские фрегаты, патрулировавшие район, не обращали внимания на пребезобразнейший корабль, заваленный контейнерами, особенно после того, как этот “Cola Per Bivis” разразился по рации в ответ на собственный позывной потоком пьяной брани.

В радиорубке “Щукина” было тесно, жарко и душно. Наверное, если бы голландцы все же поднялись на борт фальшивого сухогруза, они бы очень удивились наличию огромного числа оборудования, явно не характерного для обычного корабля, укрытой под парусиновым чехлом антенне пеленгатора и вахте из двух радистов и штурмана, сменяющейся каждые четыре часа. Если бы они решились заглянуть в трюмы, то вместо трех записанных в декларации “тракторов Рикардо производства Великобритании” обнаружили бы там полторы сотни бойцов спецназа ГРУ и компактный вертолет Ка-282, специально предназначенный для быстрого взлета с любой площадки. Контейнеры же скрывали скорострельные пушки и огнеметную установку “Буратино”.

ship

Радисты же занимались странным на первый взгляд делом. Почему-то офицеры на боевом корабле слушали переговоры “свободных операторов” на территории Дальнего Востока. Опускался вечер, и уже стало слышно солдат-срочников с Камчатки, рыбаков в Охотском море и даже пару “простых” радиохулиганов из Владивостока. Удивительно, но осуждая их действия на словах, власти не предпринимали в их отношении ничего, а фактически – чуть ли не поощряли. В среде хулиганов было распространено недалекое от истины мнение, что они “заселили” диапазоны, используемые для дальней радиосвязи кораблями НАТО.

Разговоры были самые обычные для “медвежьего угла” – от обсуждения конструкций усилителей на табуретке до матерных монологов. По мере того, как открывалось прохождение, в дискуссии вступали жители Якутии и даже восточного Казахстана. Внезапно мирный разговор прорезал рекламный слоган: “Покупайте Танакан – хуй не вместится в стакан!”. Эфир разразился руганью то ли в адрес “рекламщика”, то ли в адрес замешкавшегося “свободного оператора”, не успевшего вовремя перейти на передачу. Радисты же на “Щукине” попытались запеленговать источник сигнала, находившийся невероятно близко в сравнении с остальными – каких-то 20-30 миль.

Тем временем эта же станция стала передавать буквально каждые две-три минуты “нарезку” из рекламы биодобавок, виагры и лично доктора Курпатова. Это упростило задачу дежурившей в радиорубке смене, довольно быстро радисты и штурман определили, что до передатчика, расположенного среди маленьких островков прямо по курсу – всего лишь пара часов хода. В тропиках темнеет быстро, поэтому уже никто не мог заметить приготовлений к бою на палубе БДК.

…На маленьком атолле, где кроме небольшого здания с дизельным генератором и передатчиком был лишь пальмовый лес и красивый песчаный пляж, этой ночью все было совершенно спокойно. Рууд даже решил, что ему уже не обязательно следить за работой аппаратуры – со всем справится его приятель, который считал себя уже “профессиональным диджеем”. Шутка ли – работать на пиратской радиостанции, которая покрывает почти всю Яву и Суматру, а по ночам порой слышна даже в Австралии?

shack

Рууд, правда, был далек от оптимизма. Когда они втроем с друзьями начинали все это дело, им мерещился тропический рай, остров с пальмами, выпивкой и наркотиками – а главное – девушки, балдеющие от одной лишь перспективы сказать что-нибудь в микрофон вместе с “известным в всей голландской Ост-Индии ди-джеем”. К сожалению, все это оказалось страшно непохоже на реальность. Вместо девушек и “Баккарди” их моторная лодка доставляла на остров преимущественно бочки с соляркой для генератора. Кто же мог подумать, что купленный по дешевке передатчик будет жрать столько электричества? Даже Рууд, учившийся в техническом колледже, и, следовательно, отвечавший за всю техническую сторону этой затеи, не мог представить, как десятикиловаттный усилитель потребляет “из розетки” все 50 киловатт. Слабосильный двигатель с трудом справлялся с этой нагрузкой.

Присев на белый песок, Рууд задумался. Все же хорошо, что в позапрошлую поездку на берег он встретился с каким-то украинцем с бегающими глазами. Тот предложил ему очень выгодную работу, позволявшую хотя бы оплачивать существование станции. Нужно было всего лишь ставить в эфир на определенных частотах рекламные джинглы. “Russky” пообещал за это настолько хорошие деньги, что Рууд с радостью согласился.

Не очень весело было и с “веселой травой”. Казалось бы, чего стоит зайти в любой кофешоп на берегу – но денег едва хватало на еду и бензин. “Russian marijuana”, которую в синих пачках с картой Европы можно было выменять у моряков с русских сухогрузов, оказалась редкостной дрянью. В этот раз, правда, Рууд выпросил у добродушного русского, с которым они вместе пили на берегу, пакетик с настоящей коноплей, называвшейся странным русским словом “Chujskaja”. Кто их разберет, этих русских. Вроде и пьют, а совсем не пьянеют – последнее, что Рууд помнил в тот день, это то, как его русский приятель волок его совершенно пьяного в порт. Пишут странными буквами, говорят непонятными словами. Вроде как научили его в баре русскому приветствию “Poshol ha huj mudila”, да вот только все радисты с проходивших русских сухогрузов почему-то обижались и начинали ругаться на смеси английского и своего странного языка. Странные люди, чего уж говорить.

Погруженный в мысли, Рууд забил косяк и затянулся. На этот раз русский не обманул, трава действительно была ядреная. Стоявший в полумиле сухогруз вдруг расцвел пучком желто-оранжевых искр, летевших к острову. Искры приближались, увеличивались в размерах – Рууд мог сравнить это только с LSD, который он пару раз пробовал на вечеринке у приятеля. Когда же летевшая первой искра попала на другой конец острова и подожгла стоявшие там пальмы, оставалось только удивляться…

Снаряженные особой горючей смесью, снаряды “Буратино” успели догореть к тому моменту, как первая десантная партия ступила на берег. Залп тяжелого огнемета превратил остров в крематорий, сгорело буквально все, даже песок оплавился и застыл в виде стеклянных бусин. Остатки огнесмеси догорели, но десантники чувствовали жар даже через толстые подошвы ботинок. Командир группы доложил, что на острове не осталось ничего живого, а сам атолл напоминал полигон для испытаний ядерного оружия.

Когда десант начал уже возвращаться на корабль, обследовав остров на предмет возможных подземных бункеров или укрытий со свидетелями “фаер-шоу”, устроенного “мирным сухогрузом”, радары на “Щукине” засекли быстро идущий к острову катер. На импровизированной вертолетной площадке, сооруженной на двух контейнерах, уже стоял вертолет, так что капитану оставалось лишь отдать команду “Вертолет – в воздух!”. Маленький, но грозный Ка-282 оторвался от корабля и на малой высоте понесся к катеру, доставлявшему радиопиратам топливо и провизию. От первой же очереди крупнокалиберной авиационной пушки бочки с топливом вспыхнули, как факел, трое находившихся на катере упали в воду. Вертолет еще несколько раз “проутюжил” место затопления лодки и поспешил вернуться на корабль – начинало светать, и совершенно не нужно было привлекать излишнее внимание к “Мыколе Перебейнiсу”.

…Только через месяц катер береговой охраны обнаружил, что еще один остров выжжен дотла, как будто на нем проводились ядерные испытания. Удивительно, но дозиметрический контроль не выявил превышения радиационного фона, а сейсмографы в последнее время не регистрировали характерных толчков.

“Платон Щукин” в это время уже стоял во Владивостоке, но вряд ли бы кто-нибудь из его команды усомнился бы в том, что месяц назад их корабль участвовал в учениях в районе Камчатки. Офицеры ГРУ вообще не склонны к излишней болтливости.